Латвия вымирает. Причина – ущемление прав русских. Часть III: Изгнать химеру!

Все вышеперечисленные мифы стали основой для строительства в Латвии нынешней этнической «химеры». Постулат об оккупации породил существование отвратительного феномена массового безгражданства. Идеологема о латышах, как единственном государствообразующем народе, вызвал явно неравноправное положение для членов других национальных общин – даже для обладателей латвийского гражданства. Недаром же доля латышей в государственном аппарате настоящее время составляет примерно 93%. Отсюда: «профессия – латыш», «профессия – нацкадр» и т.п. То есть, даже если русские натурализуются и осваивают латышский язык - их все равно крайне неохотно берут на работу в госаппарат, в муниципальные органы управления...

Наконец, положения о латышском, как единственном государственном, и русском, как иностранном, серьезно облегчили обеспечение господства этнической химеры. В начале 90-х русские знали латышский язык в основной своей массе плохо - и это давало основание не допускать русских граждан к государственной службе, к занятию руководящих должностей не только на государственных, но и на частных предприятиях. Появлялась также возможность запретить части активных русских граждан заниматься политикой из-за плохого знания латышского языка. Создание активно действующих языковых комиссий и ныне позволяет успешно держать под прессом психологического давления основную массу русского населения. Постоянно же ведущееся наступление на остатки русского образования дает возможность снизить конкурентный потенциал русскоязычных. Ведь даже полный перевод школ на латышский язык обучения в любом случае не искоренит русский в наших краях. Другое дело, что знать его будут на слабую «троечку». Однако, ребенок, который вынужден учиться на неродном языке, заведомо получает образование невысокого качества, а значит окажется менее конкурентоспособен на рынке труда.

Есть обоснованное мнение, что если мы желаем обеспечить вывод Латвии из экономической пропасти и ее дальнейшее процветание, необходимо покончить с режимом этнического антагонизма и приступить к строительству полностью равноправной латвийской нации, в которой были бы равноправно представлены как латыши, так и представители национальных меньшинств. Если удастся такого добиться - органы управления в стране начнут комплектоваться по принципу реальных способностей и талантов, а не по критерию «происхождения» и «идеологической лояльности».

Вообще, хорошо было бы чтобы у нас в стране население изъяснялось на двух языках, даже на трех – можно добавить английский, но не в ущерб уровню образования и собственным культурным корням. Никто не возражает против того, что латышский нужно учить и знать. Что касается русского, то о его статусе можно дискутировать. Тут возможны варианты: от предоставления ему звания второго государственного, до статуса «официального языка», который может применяться в системе образования, в самоуправлениях в местах компактного проживания русскоязычной общины и т.д. Русскоязычные налогоплательщики вполне заслужили, чтобы из их же налогов финансировались русские школы, осуществлялись мероприятие по поддержке русской культуры, чтоб они сами могли пользоваться своим языком без психологического дискомфорта. Разумеется, не обойтись и без искоренения позорного института негражданства.

Все это вместе взятое сможет обеспечить рост патриотизма русской общины по отношению к стране проживания, поможет им идентифицировать себя в качестве детей матери, а не мачехи Латвии. Спадет градус накала межнациональной вражды и недоверия, что даст возможность перейти уже к чисто экономическим мерам по спасению республики. Суть и содержание этих мер достойны отдельного большого материала. Однако, важно четко осознать: в латвийском случае процесс исцеления «больного» необходимо начинать не с экономики, а с политики. Потому что для того, чтобы спастись, нам сначала нужно объединиться.