Александр Маркаров: «Заявление Эрдогана – не более чем имитация!»

Премьер-министр Турции Реджеп Тайип Эрдоган выступил в парламенте с заявлением относительно геноцида армян в Османской Турции, выразив соболезнования внукам погибших армян.

Многих экспертов удивил уже сам факт такого выступления турецкого премьера, который с заявил, что «события произошедшие во время Первой мировой войны, унесшие жизни миллионов людей разных вероисповеданий и национальностей, и приведшие к таким негуманным мерам, как переселение людей, не должны стать помехой для установления симпатии между турками и армянами и взаимного проявления человечного подхода и поведения».

Что означает заявление Эрдогана, и изменятся ли после того, как оно прозвучало, армяно-турецкие взаимоотношения? Прокомментировать ситуацию мы попросили известного политолога заместителя проректора Ереванского государственного университета, директора филиала Института стран СНГ Александра Маркарова.

-- Любые заявления, которые были до этого с турецкой стороны, носили очень общий характер. В них, в основном, прямо отрицались факты геноцида в Османской империи. И это не были какие-то специальные заявления, а просто общие фразы в каком-то интервью или в переговорном процессе. Но вот таких, можно сказать, точечных заявлений я не припоминаю, признаться.

Почему Эрдоган сделал подобное заявление? Многие сейчас задаются этим вопросом. Мне кажется, что мы можем выделить ряд факторов, находящихся на разных уровнях и в различных плоскостях.

Первое. Есть хоть и небольшие, но подвижки в самой Турции относительно самого факта геноцида на территории Османской империи, а в принципе и в Турецкой республике. И речь идет не только об армянах, но и о греках, ассирийцах, других народах. Возможно, это не самый существенный фактор, но он есть.

Второе. Понятно, что в условиях приближения столетней годовщины трагических событий Турции придется как-то на эту дату реагировать. Понятно, что сегодня уже невозможно абсолютно отрицать сам факт геноцида; замалчивать это тоже не удастся. Значит, так или иначе, но Турции все равно придется как-то реагировать.

Третье. Здесь уже действует внешнеполитический фактор: недавно было принято заявление комитетом Конгресса США по вопросу о признании событий 1915 года геноцидом. С учетом характера взаимоотношений Турции и США это такой звоночек для турецкого правительства, который показывает, что американцы обращают на эту тему определенное внимание. Как может в этом плане повлиять Америка на Турцию — это отдельный вопрос, но вот сам звоночек — факт для Турции достаточно неприятный.

Четвертое. Нужно упомянуть и недавнее выступление президента Армении Сержа Саргсяна, который дал понять, что Армения может и пересмотреть свою позицию относительно парафирования договора, который был подписан армянской и турецкой сторонами в Швейцарии. Армения вполне может и отозвать свою подпись под этим документом, который был обсужден обоими сторонами еще в 2009 году.

Теперь о том, что же собственно сказал премьер-министр Турции? Эрдоган выразил соболезнования потомкам армян, которые подверглись геноциду. При этом он не использовал само слово «геноцид» и не принес никаких извинений!

Отмечу, что буквально через пару дней после этого заявления Эрдогана турецкий представитель заявил, что турецкая сторона готова пойти на диалог с армянской стороной лишь в случае вывода армянских сил с территории вокруг Нагорного Карабаха. То есть, речь идет о той же самой политике, которой Турция придерживалась с начала 90-х годов.

Ну, а если вернуться к содержательной части заявления Эрдогана, то очевидно, что оно было направлено не только и не столько в адрес Армении, а в первую очередь, в адрес мирового сообщества. Дескать, Турция сожалеет о том, что произошло в ходе Первой Мировой войны. Но Эрдоган здесь собрал все в одну кучу, смешав и жертву, и преступника. Все его слова были расплывчатыми и неопределенными.

Что в итоге? Это заявление ничего не дало в плане двусторонних отношений, и положительных подвижек ожидать в связи с этим достаточно сложно. Все дело в том, что в заявлении премьер-министра Турции продолжают присутствовать элементы имитации, которые не позволяют говорить о содержательном изменении в политике Турции.