Великобритания на евро не перейдет и Фолкленды не отдаст

У Великобритании всегда была своя особенная позиция. Ведь давно известно, что у нее нет постоянных друзей, но есть постоянные интересы…  Но все равно многих интересует вопрос: почему Великобритания не желает переходить на евро? А в последнее время опять заговорили о Фолклендах, хотя прошло уже 30 лет после  вооруженного конфликта с Аргентиной…

 Свои ответы на эти вопросы дал бывший посол Великобритании в Грузии, а ныне заместитель посла Соединенного Королевства в России Денис Киф:

 -- Наши избиратели никогда не были за то, чтобы принять евро. В 90-е годы и в  начале 2000-х была дискуссия, но потом стало очевидным, что никто этого не хочет. И этого так и не произошло…

 С другой стороны, около 50% нашей торговли приходится на страны Еврозоны. Они имеют для нас значение как экспортеры, торговые партнеры, наши союзники. Это страны, с которыми мы сотрудничаем, наверное, уже тысячу лет… То есть, их судьба и процветание для нас важны! Но, если вы зададите вопрос о евро британцу, то он скажет: нас это не касается. Для него достаточно удобно, что, если он едет на континент, то ему не надо брать с собой очень много разных валют: хватит и одного евро – это большое преимущество!

 Но, к сожалению, тот кризис, который касается еврозоны, становится все более серьезным; он на нас сильно воздействует, потому что возникает неопределенность, и это тормозит экономическое развитие. То есть он непосредственно сказывается на британской экономике. Для нас очень важны рынки; если никто не продает и не покупает, то это не может не влиять на нас. Наша экономика, наши рынки являются важным источником процветания, поэтому такая неустойчивость финансовых рынков не может на нас не сказаться.

 Мы принадлежим к политическому сообществу Западной Европы, и, поэтому, экономические проблемы, которые они испытывают, к сожалению, имеют последствия, которые сказываются на нас. Проще сказать, мы хотим, чтобы страны в Еврозоне процветали и находили решение своих проблем, чтобы в экономическом плане они были сильными странами. Наш анализ говорит, что они должны и дальше следовать логике евро, выстраивать политические и финансовые механизмы с тем, чтобы они обеспечивали работоспособность финансовых структур, которые они строят.

 Мы в Великобритании всегда были в этом отношении прагматиками! Это касается и политических проектов с Евросоюзом: мы их ведем и поэтапно реализовываем, когда видим какую-то пользу для себя. Но если нам что-то не нравится в каком-то проекте, то мы просто не прикасаемся к нему.  Мы не присоединились ни к Шенгену, ни к Еврозоне – тут у нас свои соображения на этот счет. Европейским странам, которые принимают евро, придется в политическом плане поступаться какими-то принципами, что мы бы делать не хотели…

 Что касается Фолклендов…  У нас была, конечно, огромная империя – и у нас ее больше нет. Это стало результатом исторического процесса, и все это было неизбежным. Это был довольно сложный процесс…  Население Фолклендов не хотело быть частью Аргентины, а Аргентина утверждает, что его мнение  не имеет практически никакого значения.  Фолкленды объявили, что хотят провести референдум – они хотят выразить свое мнение, хотят быть услышанными. И они имеют право на это!

 Мы прошли разные этапы в отношениях с Аргентиной, и у нас все еще остается много разногласий в отношении Фолклендов. Но это неизбежно, когда такая ситуация имеет место. Они давили на нас с тем, чтобы мы пошли на переговоры о суверенитете, но, мне кажется, что есть смысл говорить о практическом сотрудничестве. Нам представляется, что политика сегодняшнего правительства Аргентины – они стараются запугать Фолкленды – обречена на неудачу. Сейчас накалена политическая атмосфера, и накалена она правительством Аргентины.