«Черкесская карта» - США и Турция продолжают использовать «культурное наследие» Саакашвили

Многочисленность черкесской диаспоры, а так же последствия правления Михаила Саакашвили для российско-грузинских отношений делают «черкесский вопрос» одним из важнейших инструментов политики западных стран и Турции в кавказском регионе — на вопросы «Мир и Мы» отвечает известный грузинский политолог Иосиф Цискаришвили.

-- Во времена Саакашвили в Грузии настойчиво поднималась тематика «черкесского вопроса», звучали требования о независимости черкесского народа. Как сейчас в Грузии обстоит ситуация с этим вопросом?

Несмотря на то, что эта тема не является самой актуальной для нынешней Грузии, изменений в подходе к данному вопросу не наблюдается. В то же время, отношения между грузинским и черкесским народами остаются добрососедскими, и никаких перемен по отношению к этому соседу в Грузии не происходит.

Как известно, парламент Грузии принял в 2011 г. резолюцию о признании геноцида черкесов Российской Империей. Отношение Грузии к этому болезненному для всего черкесского народа вопросу остается неизменным вне зависимости от смены властей.
В то же время сейчас не наблюдается пристального внимания к этой проблематике ни в СМИ, ни в грузинском обществе.

-- В Тбилиси некоторое время назад был создан Черкесский культурный центр, который возглавляет Мераб Чухуа. Что вы можете сказать о деятельности этой организации?

Длительное время о деятельности этого Центра почти ничего не было слышно.
В последнее время стали появляться сообщения о проходящих там мероприятиях и встречах. В любом случае такие Центры предназначены для ознакомления населения двух народов с культурой друг друга. В культуре, вне зависимости от политических реалий, всегда есть возможность делать шаги навстречу друг другу и не поддаваться каким-либо настроениям, которые могут появляться у разных политических лидеров в разное время.

-- Не так давно Тбилиси и данный культурный центр посещал Авраам Шмулевич, руководитель «Восточного партнерства» из Иерусалима, известный своей жесткой антироссийской позицией. Какой резонанс это произвело в Грузии?

Действительно, Тбилиси посещает много иностранных гостей, в том числе заинтересованных в черкесской тематике. Но это естественный процесс, учитывая, что многочисленная черкесская диаспора находится в разных странах мира — в Турции, Сирии, Израиле, США. Численность диаспоры даже превышает количество тех черкесов, которые проживают на родине. Конечно, они создают свои диаспоральные организации, их представители приезжают, в том числе, и в Тбилиси для решения всевозможных вопросов, возникающих в ходе их деятельности. Учитывая давние дружественные связи между грузинским и черкесским народами такие визиты совершенно естественны.
Относительно данного визита Авраама Шмулевича в Грузии не было сколько-нибудь заметного резонанса ни в СМИ, ни в обществе — такие события не являются чем-то значимым, особенно в условиях, когда черкесская тематика является далеко не самой важной для нынешних грузинских властей.

-- Согласны ли вы с мнением, что «разогревание» черкесского вопроса — следствие антироссийской политики США, проводимой в регионе, в том числе и с использованием грузинских общественных организаций?

Грузино-черкесские добрососедские отношения имеют свое начало еще до того, как население этого региона узнало о существовании американского материка.
Поэтому любые потуги иностранных государств в данном вопросе должны учитывать не только географические, но и этнические, и культурологические особенности черкесского народа и его давних связей с народом Грузии. Любые геополитические усилия без учета местной специфики обречены на неудачу.
Вопросы о большей автономии черкесского народа, действительно, периодически поднимаются.
И очень сомнительно, чтобы кто-нибудь в нынешней России мечтал о превращении территорий, где проживают черкесы, в независимое государство.
Являются ли данные тенденции внутренними или инициируются извне — вопрос для отдельного рассмотрения. Важен и другой аспект — несмотря на тревоги по этому поводу, сама Россия не видит ничего особенного, когда независимыми объявляет территории соседних стран. Поэтому, пока 20% грузинской земли находится под властью оккупационного режима, объективно комментировать возможности государственности отдельных народов Северного Кавказа довольно сложно. Данное обстоятельство — важный фактор отношения Грузии, в том числе, и к «черкесскому вопросу».

-- Наблюдается ли усиление влияния Турции по «черкесскому направлению», особенно в связи нарастающей напряженностью российско-турецких отношений?

Безусловно, в связи с обострением отношений между Россией и Турцией, наблюдается все больше турецких инициатив в черноморском регионе, в том числе и по черкесской тематике.
Важным фактором здесь является то, что в Турции проживает самая многочисленная черкесская диаспора, около миллиона человек, которая сформировалась еще в ходе массового переселения черкесов во время Кавказской войны. Конечно, данный факт является довольно значимым для все более активной деятельности Турции в регионе, в который входит и Кавказ, и дает дополнительные рычаги воздействия для турецкой политики.
В любом случае, активность, проявляемая Турцией на Кавказе, будет своеобразным индикатором обострения или улучшения российско-турецких отношений — действия Турции, в том числе и по «черкесскому вопросу», во много зависит от геополитической ситуации, складывающейся между двумя странами.