Игры коррупционеров с «национальным» вопросом – угроза миру и стабильности

Попытки некоторых чиновников, подозреваемых в коррупции, привлечь для своего оправдания «национальный» вопрос — полностью безответственный шаг в условиях напряженной внешнеполитической ситуации, в которой находится Россия — на вопросы «Мир и Мы» отвечает Сейран Микаелович Кочканян, председатель Тверского регионального отделения Союза армян России.

— Недавнее задержание в Новосибирске по подозрению в коррупции Арама Сувараяна, начальника управления автомобильным и электрическим транспортом новосибирской мэрии, вызвало довольно неоднозначную реакцию в некоторых армянских СМИ. Так, в частности, прозвучали заявления о том, что «в России по-прежнему негативно относятся к армянам». Допустимо ли при возникновении таких ситуаций в качестве аргумента привлекать межнациональные вопросы, спекулировать на этой теме?

Конечно, нельзя такие экономические вопросы связывать с национальными вопросами. Они находятся в совершенно разных плоскостях. Межнациональные отношения — это один вопрос, а коррупция — совершенно другой вопрос. И их переплетать и связывать ни в коем случае нельзя.

Это крайне вредное явление, поскольку мир и согласие в межнациональных отношениях выстраиваются годами, а разрушены они могут быть в одночасье при возникновении какой-то острой провокации. В особенности это недопустимо сейчас, когда мы видим, что в самых разных странах возникают «цветные» бунты, конфликты на межнациональной почве, инициированные всевозможными внешними силами. И попытки использовать «национальный» вопрос для оправдания каких-то преступлений — не только некорректный, но и максимально безответственный шаг в такой острой ситуации.

Впрочем, практически невозможно, чтобы такие провокации могли повлиять на самые дружеские российско-армянские отношения, на отношение к армянам в России, поскольку союз между нашими странами выстраивался в течение столетий, и сейчас эти отношения находятся на самом высоком уровне.

Я полностью согласен с утверждением, что коррупция национальной принадлежности не имеет, поскольку преступные действия зависят только от моральных качеств человека, а вовсе не от его национальности.

— Насколько важным в Армении считается вопрос борьбы с коррупцией?

С этим явлением борются везде. Вопрос в степени борьбы и в достигаемых результатах. Но борьба идет везде — и в Армении, и в России, и в других странах СНГ. Безусловно, коррупция — это болезнь общества, и чтобы ее искоренить, необходимы системные общественно-политические действия.

— Как в армянской диаспоре отнеслись к недавним беспорядкам в Ереване, которые некоторые СМИ назвали «Электромайданом»?

Активное недовольство людей всегда воспринимается болезненно — если люди выходят на улицу, значит, у этого есть какая-то значимая причина. Сейчас этот вопрос временно разрешен — повышение тарифов на электроэнергию приостановлено.

Но, конечно, когда эти демонстрации происходили, мы испытывали большую тревогу за судьбу страны. Иначе такие события и не могут восприниматься после того, что наблюдалось на Украине и в других странах, где произошли «цветные» революции. Было заметно, что оппозиционные силы в Армении пытались «раскрутить» ключевые моменты этих событий в свою пользу. К счастью, у людей хватило ума не поддаваться на очевидные политические провокации.

— Как в армянской диаспоре и в Армении воспринимают нынешние внешнеполитические шаги России — военную операцию в Сирии?

Отношение к этому решению однозначно положительное. Последние события, которые происходили в Сирии — это значительная угроза для всего мира, мина замедленного действия. Так или иначе, в последствии это отразилось бы на России и других постсоветских странах.

Сюда могли вернуться те, кто воевал в ИГ, само это террористическое движение могло продолжить расширение зоны своего влияния. Поэтому данное внешнеполитическое решение является очень своевременным и правильным, чтобы решить вопрос с этой опасностью не на территории России.

— Известно, что ИГ имеет определенное влияние на Кавказе. Является ли Армения неким буфером для распространения этого движения в регионе?

В этом есть тонкий и сложный момент — очевидно, что ИГ в основном радикальное исламское движение, но нельзя сказать, что эта группировка, как и всякое преступное сообщество, принадлежит к какой-то конкретной вере полностью.

Исторически сложилось так, что Армения на Кавказе — христианское государство, причем армяне первыми на государственном уровне приняли христианство. По этой причине, Армения, действительно, является буфером по распространению влияния этой организации на Кавказе.

Но необходимо понимать, что кроме религиозных, у ИГ есть и сугубо прагматические, экспансионистские цели, которые не зависят от их настойчивой псевдо-религиозной риторики. Поэтому только совместные усилия всех стран региона могут предотвратить возможное распространение влияния этого террористического движения.

— Наблюдают ли представители армянской диаспоры в России какие-то положительные изменения в связи со вступлением Армении в ЕАЭС?

Это событие повлияло очень положительно потому, что многие приезжают в Россию работать, и сейчас вопросы трудоустройства значительно упростились, стало намного меньше проблем в этом плане. Люди могут спокойно трудиться и обратно уезжать на родину.

С другой стороны заметно снизилось количество армян, которые стремятся получить российское гражданство, поскольку раньше это было необходимость для нормальной работы и передвижения между странами. Конечно, многие стремятся получить гражданство, жить и работать в России, но уже не в таком количестве, как это было раньше.

Кроме того, на прилавках магазинов мы видим все больше армянских товаров, и это тоже результат этого союза. Поэтому вступление Армении в ЕАЭС имеет целый ряд положительных последствий, как в экономической сфере, так и для повседневной жизни граждан наших государств. Безусловно, отношения между нашими странами в рамках ЕАЭС требуют дальнейшего развития, и армянская диаспора готова приложить к этому все возможные усилия.