« Декабрь, 2022 »
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
28 29 30 1 2 3 4
5 6 7 8 9 10 11
12 13 14 15 16 17 18
19 20 21 22 23 24 25
26 27 28 29 30 31 1
2 3 4 5 6 7 8
ПОСЛЕДНИE КОММЕНТАРИИ

Почему РЛС аэродромов ВС РФ видят одинокого гуся, но не видят БПЛА?

Гуси при полёте крыльями машут а БПЛА нет вот и не видны да у гуся вес другой это же не стриж весом 5 тонн!

Виктор

Почему РЛС аэродромов ВС РФ видят одинокого гуся, но не видят БПЛА?

Да поменять часы на трусы как то ... а другие то не из той компашки  и потому не годятся!

Виктор

Почему РЛС аэродромов ВС РФ видят одинокого гуся, но не видят БПЛА?

А где взять других?

Андрей

Почему РЛС аэродромов ВС РФ видят одинокого гуся, но не видят БПЛА?

Не пора ли многих из МО отправить вместе не столь удаленные

Анатолий

Почему РЛС аэродромов ВС РФ видят одинокого гуся, но не видят БПЛА?

Львович

Анатолий

Почему РЛС аэродромов ВС РФ видят одинокого гуся, но не видят БПЛА?

А не пора ли сменить военное руководство Армией?

Виктор

Кипящий политический котёл Абхазии мешает её развитию

Бараны не способны на большее...

-

СВО потребовала появления новых командиров и командующих

Vorov v Zakone pozvat oni v osnovnom - Patrioty

Ne prosto prognat

Главная опасность СВО

Ольга

Не наговаривайте на нашу Родину напраслину! Бог покарает!

Главная опасность СВО

Согласен полностью

Егор

Главная опасность СВО

Всё верно. Согласен на все 100%.

БМП-2

Музаффар Олимов: «Безопасность в Центральной Азии невозможна без стабилизации в Афганистане».

Заведующий Отделом Центральной и Южной Азии Института языка, литературы, востоковедения и письменного наследия им. А. Рудаки Академии наук Республики Таджикистан Музаффар Олимов размышляет о роли республикиТаджикиствн в системе безопасности республик Центральной Азии. Эта тема продолжает оставаться в центре внимания крупнейших аналитических центров:

-- Есть ли основания говорить о том, что в Центральной Азии существует система региональной безопасности? Следует признать, что такая система отсутствует. В то же время регион стабилен и развивается очень высокими темпами. Почему же постоянно говорят о нестабильности в Центральной Азии и постоянно предрекают региону смуту и разорение?

Возможно — из-за архитектуры безопасности Центральной Азии. Отмечается невысокий уровень сотрудничества стран региона в области безопасности и обороны. Различные меры осуществляются в ООН, ШОС, ОДКБ, НАТО… Но те зачастую имеют полярные интересы и различный потенциал. Большую роль играют внешние игроки, и большой проблемой региона является конкуренция геополитических проектов. Пока они продвигаются параллельно и очень осторожно — и страны Центральной Азии выигрывают от этого. Но прогноз на будущее весьма затруднителен.

Какие угрозы безопасности Центральной Азии сегодня наиболее актуальные? Внутренние угрозы — это политическая нестабильность, вызванная несовершенством механизмов передачи власти при дефиците ее легитимности. Это также и водно-энергетические споры, межэтническая напряженность, конфликты на границах, территориальные претензии, торговые войны. Все это имеет одну причину — продолжающийся раздел региона между национальными государствами.

Внешние угрозы — международный терроризм, сепаратизм и религиозный экстремизм. Внутренние угрозы связаны с разделом региона на национальные государства, поэтому страны региона справляются с ними самостоятельно — с помощью национальных систем безопасности, и они ни в коем случае не хотят объединения в общую региональную систему безопасности. Но внешние угрозы носят гибкий характер и заставляют страны региона участвовать в международных организациях самых разных конфигурации, состава, потенциала и направленности.

И в результате получилась странная на первый взгляд структура безопасности региона. На сегодняшний день Россия, безусловно, превалирует в общем объеме военного и военно-технического сотрудничества стран Центральной Азии. Более того, эти государства интегрированы в играющие все более заметную роль организации: СНГ, ОДКБ, ШОС, ЕврАзЭс. Однако, страны Центральной Азии не отказываются и от участия в ряде программ НАТО, в геополитическом проекте США «Новый шелковый путь» -- стратегически это сотрудничество выгодно странам региона, как в экономическом, так и в военно-политическом аспектах. И в этом отношении Таджикистан является одним из интересных государств. Там находится российская 201-ая дивизия, на территории страны проводятся учения ОДКБ. И вместе с этим страна участвует в программах НАТО и имеет батальон миротворцев ООН.

Как правило, международные угрозы в регионе связывают с Афганистаном. И роль Таджикистана в региональной безопасности Центральной Азии как раз и связана с афганским фактором. Таджикистан выступает как барьер и одновременно как связующее звено между Центральной Азией и Афганистаном. Политическое руководство Афганистана признает, что безопасность Таджикистана невозможна без восстановления безопасного и стабильного Афганистана.

На взаимоотношения Афганистана и Таджикистана влияют различные моменты: общность культуры, языка, религии, а также тот факт, что примерно 35% населения Афганистана — таджики. Обе страны связывают сложные многомерные отношения правящих элит и локальных групп. Афганистан для Таджикистана это возможность выхода к морским путям и на энергетические рынки Центральной Азии. Таджикистан выступает как стратегический тыл для дариязычных элит Афганистана, посредник во взаимоотношениях с Россией и Китаем.

Отсюда и сложности во взаимоотношениях Афганистана и Таджикистана после недавних выборов. Правительство Таджикистана ориентируется на действующего президента Афганистана, видя в нем партнера по развитию. Дариязычные элиты по-прежнему ориентируются на правительство Таджикистана, ожидая от него помощи и поддержки в схватке за власть. Сейчас это отношение меняется к худшему. и в результате нарастает недовольство. Каналы информации почти закрыты и трудно понять, кто кого представляет и поддерживает.

Главный вопрос для региона — сможет ли новая власть в Кабуле воспрепятствовать усилению боевиков радикальных исламистов? Сегодня всем понятно, что нужно укреплять таджикско-афганскую границу. Контроль над ней недостаточен из-за слабости таджикской погранслужбы, имеющей ограниченные кадровые и материальные возможности. Произошло смягчение режима за счет открытия мостов, приграничных рынков, пунктов пропуска. Сейчас открыты 6 мостов, и при них есть рынки. Существуют две специальные экономические зоны, где работает от 10 до 15 предприятий. Но вместе с развитием торговли растут и масштабы контрабанды: ГСМ и энергия из Таджикистана, сигареты и сельхозпродукция из Афганистана. Растет коррупция, ведется торговля людьми и оружием.

Ответом на эти вызовы является создание дееспособных пограничных сил Таджикистана. В Душанбе с 2010 года работает колледж ОБСЕ по переподготовке пограничников высшего командного состава. В рамках ОДКБ действует целевая программа укрепления таджикско-афганской границы.

В Афганистане существует большое количество боевиков-профессионалов, готовых за деньги участвовать в подготовке и организации терактов в любой стране, в том числе и на территории Таджикистана. Идет сращивание террористов с наркобизнесом и торговцами людьми и оружием. В целом, радикализм в Центральной Азии — это продукт постсоветского транзита, укрепляемый потоками денег и ресурсов из арабских стран. Салафиты Центральной Азии связаны с салафитами в Афганистане, но эта связь очень рыхлая и имеет инструментальный характер.

Талибы обучают военному делу джихадистов из Центральной Азии на территории Афганистана и Пакистана. Но намного опаснее влияние глобального религиозного экстремизма! И оно происходит не из Афганистана, а из Интернета. Поэтому, нужны превентивные меры, в том числе — и с силовой составляющей. Что сегодня делается в практике Таджикистана: зарплата имам-хатибам, форма для мусульманских деятелей, государственная система переподготовки и экзаменов для имам-хатибов, утверждение государством сборника проповедей, камеры слежения во всех мечетях, запрет на посещение мечетей женщинами и детьми до 18 лет.

Опыт Таджикистана показывает, что все более жесткие меры в какой-то мере блокируют распространение экстремизма, а с другой стороны, создают подполье и питают радикализм. Второе направление — это превентивные меры. В Таджикистане есть опыт по интеграции исламского военно-политического движения ПИВТ в мирную жизнь. У нас созданы правовые рамки для деятельности политического ислама. Так, ОТО из военно-политического движения превратилась в политическую партию парламентского типа.

Стабильность и безопасность в Центральной Азии невозможна без стабилизации ситуации в Афганистане. Добрососедские и экономические отношения с этой страной — залог обеспечения региональной безопасности. Государствам Центральной Азии также следует выработать формы взаимодействия с различными религиозными течениями, в том числе, политическим исламом.

Читайте нас в Telegram

Просмотров : 4844   Комментариев: 7

Автор: Владимир Кузменкин

Дата публикации : 27 января 2015 00:00

Источник: The world and we

Комментарии

НАШ КАНАЛ В ДЗЕНЕ