Газета "Лос-Анджелес Таймс": США с помощью дронов превращают весь мир в концлагерь

Думаю, эта статья заслуживает того, чтобы ее прочитали и в России. Чтобы не было иллюзий по поводу того, что другой рукой делают те, кто именует себя «лидером свободного мира» и «светящимся городом на холме».

Сотни тысяч людей на нашей планете уже сегодня с ужасом вглядываются в небо, ожидая прилета крылатой смерти демократии.

Что это такое? Это беспилотные летательные аппараты, коротко – БЛА. Еще они называются по-другому – дроны.

Но правильно их будет называть именно так – крылатая смерть демократии…

На прошлой неделе Стенфордский и Нью-Йорский университеты выпустили крупнейшее исследование использования дронов во все время расширяющейся, при этом бесконечной, войне с террором. К сожалению, многие комментарии пропустили основной посыл этого доклада: дроны терроризируют все гражданское население.

Я была одной из исследователей для данного доклада и провела не одну неделю в Пакистане, проведя опросы более 60 человек в Северном Вазиристане. Многие из них были выжившими при ударах с БЛА, другие потеряли любимых и членов семей. Все они живут теперь под постоянным страхом уничтожения.

То, что я и мои коллеги узнали от этих безымянных и безвестных жертв американской «войны беспилотников» дало имя самому докладу – «Живя под дронами».

Люди в США думают, что дроны подлетают к цели, выпускают свои смертельные ракеты с хирургической точностью и возвращаются на американские базы на расстоянии в сотни тысяч миль. Однако БЛА постоянно находятся в небе над зоной племен в пакистанском Северном Вазиристане. Иногда до шести аппаратов одновременно фланируют над местными деревнями. Население слышит их денно и нощно. От них никуда не скрыться, беспилотники стали постоянным напоминанием о смерти с воздуха.

Это воздушное присутствие неуклонно разрушает сообщество размером в два штата Род Айленд. Родители боятся посылать детей в школу, женщины боятся встречаться на рынках, целые семьи боятся присутствовать на похоронах тех, кто был ошибочно убит в предыдущих ударах с дронов. Водители не хотят привозить грузы с продовольствием из других районов страны.

Привычная ежедневная жизнь разбита в куски. Невиновные люди прячутся по домам, боясь выходить на улицы. «Двойные наводки», они же повторные удары по тем же целям, привели к тому, что жители перестали даже помогать раненым. Ведущее гуманитарное агентство задерживает теперь помощь на критические шесть часов. И хуже всего то, что никто не способен сказать людям в этих общинах, что им делать, чтобы чувствовать себя в безопасности. Никто не знает, кто находится в американском «смертном списке», никто не знает, как в него попадают и как можно быть из него исключенным. Такая вот ужасающая «рулетка». Внезапно и без предупреждения прилетает ракета и делает жертвами всех в радиусе 16 ярдов.

Понятно, что администрация Обамы утверждает, что наносит удары лишь по боевикам. Но если мы что и поняли со времен 11 сентября (2001 года), так это то, что нужно изучать окончательные итоги. Людям невдомек, что администрация определяет в качестве боевиков – всех мужчин «военного возраста», то есть от 18 до 65. К тому же, поскольку США обычно не обнародует имена убитых людей, мы даже не знаем, были ли жертвы действительно боевиками или они были квалифицированы таковыми исключительно по мнению Вашингтона.

Поистине весь процесс наполнен таким же количеством «слабых мест», что и, скажем, режим содержания в военной тюрьме в Гуантанамо на территории острова Куба. В Афганистане администрация Буша выплачивала фантастические суммы за информацию «на земле». В районах, полных межплеменных и межсемейных конфликтов, результат был предсказуем: сотни невинных людей были оболганы как члены Талибана или «аль-Каиды», многие из которых потом провели годы в Гуантанамо и других американских тюрьмах.

Сейчас США предлагает схожие придумки людям в Северном Вазиристане, которые обещают идентифицировать боевиков. Дома тех, кого выдали за боевиков заносятся в базу спутниковых навигаторов и, когда информатор оказывается на безопасном расстоянии, их разносят в щепки. Но поскольку никто не знает, что это за информаторы, люди перестали приглашать в дома соседей. Целая община перестает иметь общественные отношения, боясь на уровне ее ячеек выйти наружу и одновременно опасаясь зазвать к себе внутрь.

Вот это и есть «жизнь под дронами». Она превратила Северный Вазиристан в величайшую тюрьму в мире. Участник гуманитарной работы, который находился в Нью-Йорке 9 сентября (2001 года), а сейчас трудится в Северном Вазиристане рассказал, что атмосфера двух этих ситуаций очень похожа – постоянное чувство страха, не имеющего границ.

Разумеется, мы должны задаться вопросом, законны ли дроны по международному праву. Моя точка зрения, что – нет. Мы также должны задать вопрос, а не контрпродуктивны ли они. Я считаю, что – да.

Однако эта дискуссия и близко не будет полной, если мы не осознаем, что же это такое – жить под дронами».