Шеварнадзе сейчас самый опасный противник Абхазии

 В Грузии грянула сенсация: известный политолог Мамука Арешидзе выступил с  инициативой  признать независимость Абхазии. По его мнению, это --  единственный путь вывести из тупика в отношения с Абхазией, которая является де-факто уже два десятка лет не автономией Грузии, а независимым государством, теперь к тому же признанным рядом государств.

Неужели в самом деле? Неужели у правящего режима в Грузии возобладал здравый смысл и он отказался от пути авантюр, принесших столько бедствий региону? Да нет: все как всегда… Господин Арешидзе ведь сразу же пояснил, что  в обмен на признание независимости Абхазии Грузия могла бы потребовать вывода оттуда российских войск и возвращения  беженцев, которые покинули Абхазию и перебрались в Грузию во время вооруженного конфликта.

 А ведь пытался выиграть «маленькую победоносную войну» не кто иной, как Эдуард Шеварднадзе, человек, которого именуют «хитрым лисом». Он вдруг выступил публично с поддержкой идеи Арешидзе – дал интервью газете "Асавал-дасавали». Вот что он сказал:

«Абхазия уже никогда не станет обычным регионом Грузии и будет совсем потеряна. Мы можем достичь хотя бы мирной совместной жизни, наладить такие отношения, как подобает братским народам... Не исключаю, что это предложение станет основой не только для возвращения беженцев, но и нашей совместной жизни. Возможно, на это потребуется 10-15 лет»…

 Почему именно сейчас вброшена в грузинское общество такая идея? Не есть ли это тонкая политическая игра Саакашвили и его окружения? Почему, наконец, идею признать независимость Абхазии поддержал Эдуард Шеварднадзе --  человек, попытавшийся решить проблему силовым путем задолго до того, как решился на блицкриг в Южной Осетии Михаил Саакашвили? 

 По нашей просьбе свой взгляд на эти вопросы изложил известный аналитик, писатель, историк Спартак Жидков ( республика Абхазия). Он входит в совет Абхазского медиа-клуба «Айнар», работал в информационно-аналитическом отделе МИД Абхазии и в  Администрации президента Абхазии, в предвыборном штабе тогда еще кандидата в президенты Сергея Багапша, который недавно был посмертно удостоен звания Героя  Абхазии.

Спартак Жидков:

Шеварнадзе сейчас самый опасный противнки Абхазии...  Прежде всего, следует подчеркнуть, что сегодня (как и последние 18 лет) для грузин возвращение Абхазии – это абсолютная идея-фикс, которая пронизывает буквально всю политическую жизнь грузинского общества. Ни один грузинский политик не сделал бы такое заявление ни по неосторожности, ни из желания заслужить чьи-либо симпатии, поскольку доктрина «Абхазия – часть Грузии» священна для подавляющего большинства грузин.

Следовательно, за этой инициативой кроется некий политический расчет.

Очень знаменательно, что крамольную идею признания независимости Абхазии выдвинул именно Эдуард Шеварднадзе. Этот государственный деятель, давно отошедший на покой, был и остается на сегодняшний день самым искусным и проницательным политиком среди грузин; его по-прежнему можно считать самым опасным противником Абхазии. Неудивительно, что именно он не побоялся озвучить столь рискованное предложение. Шеварднадзе – единственный из ныне живущих грузинских лидеров, который вел настоящую войну за удержание Абхазии, так что у него есть оправдание перед грузинской общественностью. Его взгляд можно сформулировать так: «Я пытался справиться силовыми методами, но обстоятельства оказались сильнее меня, и следует искать другие пути».

 Какой может быть истинная цель этой инициативы? Разумеется, Шеварднадзе не утратил патриотизма и не предлагает узаконить капитуляцию перед теми самыми «сепаратистами», против которых он так долго боролся сначала военными, а потом дипломатическими средствами. Ни один грузинский политик не может отрицать того факта, что сегодняшний российско-абхазский союз гарантирует Абхазии защиту от любого посягательства на ее территорию; что пока Россия сильна, Сухум может не страшиться даже полноценной угрозы со стороны НАТО; что любые условия воссоединения, предлагаемые Грузией, будут менее выгодны в политическом и экономическом отношении, чем те, которые имеет сейчас независимая Республика Абхазия. Все это понимают как сам Шеварднадзе, так и те немногие грузинские политики и эксперты, которые отнеслись к его предложению без возмущения.

 Тем не менее самые дальновидные грузинские деятели явно понимают, что как бы ни святотатственно звучала идея признания Республики Абхазия, она выгоднее в плане долгосрочной перспективы возвращения Абхазии, чем ура-патриотическая риторика. Проще говоря, Грузия своим агрессивным поведением лишь укрепляет российско-абхазский союз. А именно этот союз и лишает Грузию всякой надежды на новое завоевание Абхазии.

 Следовательно, нужно искать любую возможность расшатать этот союз.

И в 1990-х, и в 2000-х гг., до самого августа 2008 года, западные посредники предлагали планы урегулирования, в которых абхазам предлагалось только одно условие – отказаться от независимости. Взамен и Запад, и Грузия обещали вполне реальные экономические выгоды. Однако абхазские политики понимали, что согласившись на самые любезные предложения, они окажутся в будущем без поддержки могучего северного союзника (России), но в зависимости от восточного соседа (Грузии), от произвола со стороны которого их никто не сможет защитить. Ведь в августе 2008 года грузинская армия напала на Цхинвал, не требуя свертывания миротворческой операции, не расторгая официальный договор о прекращении огня. И абхазы помнят об этом.

Ставка, которую предлагает сделать старый мудрый игрок Шеварднадзе – создать у абхазов ВИДИМОСТЬ ГАРАНТИИ НЕНАПАДЕНИЯ со стороны Грузии. В этом случае заинтересованность Абхазии в дружбе с Россией неизбежно ослабнет. Сегодня, когда в Абхазии у власти находится поколение опытных, трезвых политиков, – поколение, помнящее период грузинского господство и видевшее войну своими глазами, – этот план заведомо обречен на неудачу. Естественно, абхазская общественность относится к нему с сарказмом, и его никто обсуждать не собирается даже в шутку, а тем более всерьез. Но в долгосрочной перспективе он может сработать.

 Сегодня среди абхазской политической элиты имеется устойчивое меньшинство, которое всячески раздувает опасность «скупки» абхазской недвижимости российским бизнесом, превращения Абхазии в подобие российской губернии и т.п. Эти политики со своими ультрапатриотическими лозунгами преследуют главным образом собственные цели в борьбе за власть. Формально они – более непримиримые противники Грузии и Михаила Саакашвили, чем абхазское правительство. Но именно к ним адресовано в первую очередь «зашифрованное послание» Шеварднадзе. Сегодня Абхазия де-факто является субъектом международного права, сколько бы ее не называли «оккупированной территорией». Но грузинам будет выгоднее, если Абхазия по каким-то причинам начнет самостоятельную игру, пусть даже в качестве независимого государства, и тем самым ослабит свои связи с Россией.

 Не следует забывать, что главное условие признания, выдвигаемое Эдуардом Шеварднадзе – возвращение грузинских беженцев. Сейчас это сложно представить, но через десять или двадцать лет такой план уже вполне может обсуждаться. По сути, он почти невыполним – слишком много жителей Абхазии пострадает в результате его реализации. Но этот план вполне может пригодиться как инструмент дипломатической игры – и грузинским реваншистам, и вообще всем врагам российско-абхазского союза.

 Таким образом, проект Эдуарда Шеварднадзе устремлен в будущее, и появление его сегодня, в разгар предвыборной кампании в Абхазии – скорее совпадение. Но это показательное совпадение. Для Грузии любые трения между Россией и Абхазией – подарок судьбы, и Тбилиси был бы несказанно рад повторению ситуации 2004 года, когда вмешательство в абхазские выборы поставило российско-абхазский союз на грань краха. Избежать подобного развития событий необходимо.

 Что же до реваншистских настроений в самой Грузии, то они исчезнут еще очень не скоро. Пока сохраняется заинтересованность НАТО в геополитическом окружении России, пока Грузия не утратит своей ценности для Вашингтона как удобной базы для транзита нефти, газа и (главное) военных сил – в Тбилиси будет сохраняться надежда на помощь чужой сильной державы в отвоевании Абхазии и Южной Осетии. Лучшее, чем может ответить на эти планы Москва – ясно и недвусмысленно демонстрировать неизменную поддержку своих геополитических союзников к югу от Кавказского хребта, т.е. треугольника Сухум – Цхинвал – Ереван. 

 Вот главное, что можно сказать о новом плане Шеварднадзе. Я не помню, кто из грузинских экспертов, кроме Мамуки Арешидзе (а это весьма умный, рассудительный политолог) поддержал её. Но это и не так важно. Главное – это прием вброса шокирующей идеи: общество сперва привыкает к ней, а потом начинает обсуждать. Думаю, мы еще услышим об этом плане.