Тайны 22 июня: зверства латышей в Беларуси. Часть XIY

Когда в современной Латвии всячески превозносят участников так называемой борьбы с "советскими оккупантами", когда в современной Латвии открыто проходя их марши, когда современная Европа закрывает на все это глаза, знайте -- это НАЦИЗМ.

сз воспоминаний офицера по особым поручениям штаба РОА поручика В.Балтиньша:

"В 1943 г. началась постепенная мобилизация латышей для пополнения значительно поредевших добровольных латышских частей. Главой латвийского СС немцами был поставлен генерал Бангерскис.

В конце 1943 г. я был командирован одним латвийским учреждением в Россию - в бывшую Витебскую губернию. Многое видел я сам, многое узнал со слов жителей деревень Князево (Красное), Барсуки Розалино и др. Когда немецкие части, занимавшие эти деревни и вполне терпимо относившиеся к населению, ушли, им на смену пришли части латвийского СС. И сразу начался страшный беспричинный террор. Жители были вынуждены по ночам разбегаться по лесам и скрываться в них, как дикие звери.
В 1944 г. я приехал в деревню Морочково. Вся она была сожжена. В погребах хат расположились латышские эсэсовцы. В день моего приезда их должна была сменить вновь прибывшая немецкая часть, но мне все-таки удалось поговорить по-латышски с несколькими эсэсовцами. Я спросил у одного из них: "Почему вокруг деревни лежат непогребенные трупы женщин, стариков и детей - сотни трупов, а также убитые лошади?" Сильный трупный запах носился в воздухе. Ответ был таков: "Мы убили их, чтобы уничтожить как можно больше русских". После этого он подвел меня к сгоревшей хате. Там лежало также несколько обгорелых тел, полузасыпанных соломой и пеплом. "А этих, - сказал он, - мы сожгли живьем…"

Когда эта латышская часть уходила, она взяла с собой в качестве наложниц несколько русских женщин. Последним вменялось в обязанности также стирать белье солдатам, топить бани, чистить помещения и т. п. После ухода этой части я с помощью нескольких человек разрыл солому и пепел в сгоревшей хате и извлек оттуда полуобгорелые трупы. Их было 7, все были женскими, и у всех к ноге была привязана проволока, прибитая другим концом к косяку двери. Сколько же мук перенесли несчастные, прежде чем они умерли!

Мы сняли проволоку с окоченевших обгорелых ног, вырыли семь могил и похоронили несчастных, прочитав "Отче Наш" и пропев "Вечную память". Немецкий лейтенант пошел нам навстречу. Он достал гвозди, доски, отрядил в помощь нам несколько солдат, и мы, соорудив семь православных крестов, водрузили их над могилами, написав на каждом: "Неизвестная русская женщина".

На следующий день мы перешли маленькую речку и нашли вблизи нее несколько уцелевших деревянных хат и жителей. При виде нас последние испугались, но нам удалось быстро успокоить их. Мы показали им семь свежих крестов и рассказали о том, что видели и сделали. Крестьяне горько рыдали и рассказывали о том, что им пришлось пережить за время пребывания здесь латышских эсэсовцев.

В мае месяце в районе деревни Кобыньники в одной из ложбин я видел около трех тысяч тел расстрелянных крестьян, преимущественно женщин и детей. Уцелевшие жители рассказывали, что расстрелами занимались люди, говорившие по-русски, носившие немецкую форму и красно-бело-красные флажки на левом рукаве - латышские эсэсовцы.
Не помню название деревни, в которой внимание мое привлекла туча мух, кружившаяся над деревянной бочкой. Заглянув в бочку, я увидел в ней отрезанные мужские головы. Некоторые были с усами и бородами. Вокруг деревни мы нашли немало трупов расстрелянных крестьянок.

После разговора с уцелевшими жителями у нас не осталось сомнений в том, что и здесь также оперировали латышские эсэсовцы, показавшие свое "мужество и неустрашимость" в расправах над беззащитным населением. Все остальное, творимое ими, кажется ничтожным по сравнению с той страшной бочкой и заживо сожженными в хате женщинами.
На такие же факты пришлось натолкнуться и в Псковской губернии со стороны эстонских эсэсовцев. Не удивительно, что все мужское население уходило в леса - в партизаны, чтобы оказывать хотя бы тайное сопротивление подобным отрядам, не будучи в силах справиться с ними другим путем.

В Риге на Московском форштадте гитлеровцы создали еврейское гетто, охрана и управление которого были также возложены на латышей. Не стоит распространяться о зверствах, которые там творились.

За "храбрые действия" латвийских частей СС генерал Бангерскис получил от Гитлера чин генерал-лейтенанта и немецкий железный крест.

В 1945 г. после окончания войны несколько тысяч русских власовцев, а также сам генерал Власов и генералы П. Н. Краснов, Шкуро, А. А. Малышкин, В. Ф. Жиленков, Г. Н. Трухин, Ф. И. Закутный, Д Е. Благовещенский и др. были насильно выданы английским командованием большевикам, но ни один латышский эсэсовец не был выдан большевикам. В ответ на бесчинства латышских и эстонских эсэсовцев на российской территории генерал Власов сказал в редакции рижской газеты "Сегодня": "Народы, которые хотят самостоятельности, должны сначала ее заслужить, а потом просить о ней…"- из воспоминаний офицера по особым поручениям штаба РОА поручика В.Балтиньша

Телеграмма Рейхсфюрера СС

Любимый группенфюрер Бангерскис!

В новом году посылаю вам и всем латышским войнам
свое сердечное пожелания. Особенно думою о страданиях и тяжелой судьбе латышского народа. Изменить эту судьбу в общих стремлениях это наша задача.
Хайль Гитлер!

Ваш Г.Гимлер.
(оТПРАВЛЕНА  13.1. 1945 года)

На территории Белоруссии с 1941 по 1944 г. оперировали следующие латышские формирования: 15-я дивизия СС, 2-й и 3-й полицейские полки, 1-й пограничный полк, 26 батальонов "шумы" (15, 17, 18, 24–26, 208, 231, 266 "Е", 268, 271, 273, 276–282, 313, 316, 317, 432, 546, 860-й) и 1 мотоциклетно-стрелковый взвод.