Берик Жагипаров: «То, что ваххабиты несут в Казахстан, чуждо нашему народу!»

Гражданский активист и журналист из города Жезказган (Казахстан), главный редактор запрещенной «Молодежной газеты» Берик Жагипаров рассказал нашему порталу о том, какой интерес есть у ИГИЛ к республикам Средней Азии:

-- На ваш взгляд, можно ли говорить об интересе ИГИЛ к Средней Азии? Присутствует ли влияние ИГИЛ в политическом пространстве Казахстана?

-- На данный момент мы все-таки ощущаем, что у ИГИЛ есть задача обосноваться там, где есть возможность создать свое государство. То есть, речь идет о Ближнем и Среднем Востоке. Всех своих сторонников сейчас ИГИЛ старается сконцентрировать в одном месте для решения главных задач. В этом смысле Казахстан и наши соседние республики их интересуют сейчас только как канал поставки боевиков. Средняя Азия для ИГИЛ — регион, подходящий для вербовки кадров.

Как было раньше? Сидят десять человек в камере, и если среди них есть один ваххабит, то скоро все десять станут такими же, как он. Скоро власти это поняли и радикальных исламских экстремистов стали содержать отдельно в местах лишения свободы. Например, есть тюрьма в Джезказгане, где только они и сидят.

-- Получают ли идеи, проповедуемые ИГИЛ, распространение?

-- Казахстан всегда считался страной светской, поэтому здесь ИГИЛ может рассчитывать на влияние лишь в маргинальных слоях населения, среди людей, которые оказались в сложной жизненной ситуации, стали социально уязвимыми. Прежде всего, речь идет о безработных, конечно. В больших городах мы это вообще не видим, но в сельской местности можно заметить и бороды, и хиджабы. А ведь в Казахстане никогда не было хиджабов — были платочки! Но, повторюсь, сейчас говорить о каком-то большом влиянии не стоит.

-- Власть ощущает опасность распространения влияния ИГИЛ? Принимает ли она какие-то меры?

-- Власти в Казахстане ситуацию воспринимают адекватно и на ситуацию реагируют. Вот, например, не так давно было боестолкновение в Бишкеке — вокруг него много было разговоров и в Кыргызстане, и у нас. Так, у нас говорят, что КНБ уже нарастил мускулы, как говорится, и такие моменты успешно пресекает.

Сегодня у власти есть понимание, что они имеют дело уже с другой оппозицией — не рыхлой и безвольной, а хорошо организованной и имеющей солидную финансовую подпитку. И есть понимание, что в 90-е годы упустили многих молодых людей, но сейчас такое повториться не должно. В последние два-три года гайки ощутимо закручиваются — власть реагирует на ситуацию.

-- А само общество ощущает угрозу от того, что несет на казахстанскую землю ИГИЛ?

-- То, что ваххабиты несут в Казахстан, чуждо нашему народу. Это общество сегодня прекрасно понимает. У нас есть своя история, и ислам здесь развивался своим путем — не нужно прививать чуждые ценности. Другое дело, что в ИГИЛ не успокаиваются и будут продолжать свои попытки распространять учение в том виде, который они считают единственно верным. После того, как распался Советский Союз, на месте коммунистической идеологии образовался, можно сказать, идеологический вакуум. Человек осознал, что обещанного ему светлого будущего не будет, но у него ведь остались вопросы и о смысле жизни, и о том, куда идти стране, народу. Желающих заполнить этот вакуум оказалось предостаточно; ИГИЛ, конечно же, не исключение в этом смысле.

--- Как вы думаете, в будущем ситуация может обостриться? От чего это зависит?

-- Понятно, что это будет определяться стратегией, которую будет проводить ИГИЛ. Если они решат, что надо расширять географию своей активной деятельности, если захотят строить везде халифаты, то такое развитие событий представляет большую опасность. Не будем забывать о таком факторе, как граждане среднеазиатских республик, которые сейчас сражаются за ИГИЛ. Они могут вернуться в родные края — но понятно, что вернутся уже совсем другие люди, которые готовы кровь проливать. И это надо учитывать! Но пока предпосылок для обострения ситуации я не вижу: главное внимание ИГИЛ сосредоточено на вербовке людей, которые потом перемещаются в зону боев в Сирии и Ираке.