ИГ и его хозяева продолжают действовать на Кавказе и в Центральной Азии

О современной ситуации, сложившейся в этих регионах после поражений ИГИЛ и действий российских ВКС в Сирии рассказывает Гулбаат Рцхиладзе, основатель и руководитель Института Евразии (Тбилиси), кандидат политических наук.

— Изменилось ли влияние ИГ на страны Кавказа и Среднюю Азию в связи с последними поражениями террористов в Сирии?

Нельзя сказать, что это влияние очень изменилось ввиду поражений в Сирии. Эти поражения пока не окончательные и не смертоносные. Кроме того, и на Кавказе, и в Центральной Азии имеют влияние те силы, которые непосредственно стоят за И. Г. Их кукловоды продолжают действовать — у них есть деньги и планы, которые они продолжают воплощать.

О том, что это за силы, вероятно, ни у кого уже не осталось сомнений. Существуют исследования американских экспертов относительно деятельности американских же спецслужб. Они свидетельствуют о том, что США имеют разветвленную сеть среди исламистов, с помощью которой они сами «вырастили» Исламское государство в Ираке и Сирии, как это произошло и с Талибаном, и с созданием Аль-Каиды. Это широко известные факты, которые и сами американцы уже не очень-то опровергают.

Кроме того, есть Саудовская Аравия, которая очень сильно влияет на исламистов. И еще не забудем о главном факторе в отношении Грузии и других стран региона в данном конфликте — Турции, которая выступает против «режима» Башара Асада. В этом отношении Турция — союзник исламистов. «Для вида» между турецкой стороной и ИГ, конечно, демонстрируются некие «трения», обстрелы позиций друг друга. Но основные направления сотрудничества — торговля нефтью, организация коридоров по переброске подкрепления боевикам, остаются неизменны.

Эти игроки — США, Саудовская Аравия, Турция — являются ключевыми, они и создают основу для существования ИГ, которое скорее, отпугивает абсолютное большинство мусульман, нежели привлекает их. Но данная террористическая группировка все еще объединяет часть радикалов, которые готовы жить и умирать во имя тех идей, которые проповедует ИГ.

Поэтому очень рано успокаиваться в связи с тем, что в Сирии И. Г. потерпело некоторые поражения, уступило часть территорий. Эти события вовсе не сняли опасность с Грузии и других стран региона.

— Есть ли отличия во влиянии и деятельности ИГ на Кавказе и в странах Центральной Азии?

Конечно, такие отличия есть. В Центральной Азии ислам имеет более глубокие корни, чем на Кавказе. Речь идет, конечно, не об историческом периоде, поскольку ислам пришел на Кавказ очень быстро, почти с момента возникновения этой религии. Однако, в странах Центральной Азиии идеологические традиции ислама значительно более укоренившиеся, а очень сложная социально-экономическая ситуация создает более благоприятную почву для радикализма, чем на Южном Кавказе.

Но есть еще и Северный Кавказ, где в 90-е годы начал распространяться радикальный ислам. Разумеется, это был абсолютный импорт — он не возник непосредственно на российской почве. Этот фактор так же влияет на возможности исламистов в этом регионе.

Сейчас, например, в Грузии нет такого массового количества радикалов, как в арабских странах или в некоторых странах Центральной Азии. Но это не снимает остроты вопроса по распространению радикальных идей ИГ среди молодежи. На примере Европы мы видим, что именно потомки первых иммигрантов из мусульманских стран, молодежь во втором, третьем поколении, становится все менее лояльна, склонна к радикализму и открыта идеям радикального ислама.

Такая проблема очень скоро может возникнуть и в Грузии, а так же в других странах Кавказа и Центральной Азии — более молодые поколения будут более радикальны и будут примыкать к радикальным исламистским группировкам. Широко известны видеоролики, которые появились в интернете, где были показаны несколько этнических грузин из Аджарии, которые воюют против Асада. При этом они проповедую радикальный ислам, который очень привлекает этих людей.

— Могут ли боевики ИГ, которые возвращаются на Кавказ и страны ЦА, сами объединяться в террористические группы, организовывать теракты или для этого обязательно необходимы эмиссары ИГ, внешнее руководство?

Самим по себе им незачем здесь устраивать взрывы. Конечно, у них нет самоцели себя взрывать, поскольку возвращаются они все-таки не из сумасшедшего дома. Но у них есть хозяева, которым такие взрывы уже могут понадобиться для решения их задач.

На данном этапе возвращающиеся участники ИГ и других террористических группировок попытаются обосноваться, больше работать идеологически, и продолжают сохранять те каналы, которые еще остались — каналы переброски живой силы с Кавказа в Сирию и наоборот.

Функционирование этих каналов, сохранение хороших связей для агентуры на долгие годы — это их главная задача сейчас, а не устроение терактов на Кавказе или в странах ЦА.

К сожалению, в будущем такая деятельность в большей степени угрожает России. В то же время, следует опасаться использования террористических действий для искусственного создания геополитической напряженности между Россией и странами данного региона, поскольку теракты, подготовленные радикалами из этих стран, будут иметь очень серьезные, негативные последствия.