Сто дней Брексита. Тереза Мэй в тупике

В своей редакционной статье французская "Le Monde" пишет:

-- После только что свершившихся «шекспировских» событий вокруг выхода Лондона из ЕС для Терезы Мэй и Лондона ещё никогда не было столь очевидного тупика. Когда 29 марта 2019 года, через 100 дней настанет эта дата, снова может стать очевидным, что это полный провал политики Терезы Мэй.

Завершающая сумасшедшая неделя может остаться в истории, как то, что процесс выхода Соединенного Королевства из Европейского Союза, столкнувшись с реальностью, перестал быть неизбежным.

Это был самый настоящий тройной шок.

Сначала столкнувшись с парламентской реальностью, в понедельник, 10 декабря, Тереза Мэй отложила голосование в парламенте по брекситскому соглашению, запланированное на следующий день, на неопределённый срок, потому что она гарантированно проиграет его.

Затем произошёл эпохальный конфликт Мэй с собственной консервативной партией, когда премьер-министр в среду, 12 декабря, едва не получила вотум недоверия от депутатов своей собственной политической семьи.

Наконец, на следующий день свою лепту в череду вопиющих неудач британского премьера внёс Европейский союз, когда двадцать семь стран заявили Терезе Мэй, что время переговоров закончилось.

Конечно, доблестная миссис Мэй пережила все эти унижения. Но политическое уравнение Брексита теперь надолго зависло.

Ни один из возможных выходов не получил одобрения большинства британского парламента, в то время как Вестминстер, центр британской политической жизни на протяжении многих веков, решил «восстановить контроль» в соответствии с лозунгом сторонников Брексита. Кропотливо продвигаемая в течение восемнадцати месяцев в Брюсселе «сделка» миссис Мэй отвергается.

Что касается выхода без согласия, катастрофического для британской экономики, то он в значительной степени отрицается, как это продемонстрировал провал попытки свергнуть Мэй, предпринятой ультралибералами, которые считают этот вариант «божественной возможностью» начать новую тэтчеровскую революцию.

Какими бы ни были какие-либо изменения, которые может предложить ЕС, эти силы не отменят их. Если голосование будет проведено в январе, как обещает миссис Мэй, они всё равно будут блокировать сделку.

Все могло бы пойти по-другому, если бы Тереза Мэй не накапливала неудобства, противоречия и ложь. Активируя процедуру Брексита в марте 2017 года, она не имела ни малейшего представления о новых типах желаемых отношений с ЕС. Бывший министр внутренних дел, она поставила в центр требование о прекращении свободного въезда европейцев на британскую землю и соответственно провела красные линии – выход из единого рынка и Таможенного союза – при этом утверждая, что станет поддерживать свободный доступ к европейскому рынку.

Когда двадцать семь членов ЕС отвергли ее претензии, она стремилась обойти их и сэкономить время. Она никогда не объяснила британцам, что возвращение к полному суверенитету, обещанное Брекситом , станет весьма дорогостоящим для экономики. Напротив, она постоянно представляла Брексит как обещание «глобального успеха», когда в реальности он угрожает процветанию британцев.

Тереза Мэй оказалась в полнейшем тупике, постоянно отбрасывая проблемы, забывая о прагматизме, который преобладает в британском консерватизме. Она никогда не пыталась собрать для себя парламентское большинство. После того, как она потеряла в 2017 году законодательство, обеспечивающее членство Британии в Европейском Союзе, которое она сама неосторожно похоронила, она является просто «премьер-министром в отсрочке».

Её упорство и устойчивость не являются стратегией, а вызваны безвыходностью ситуации.

Долгое время, считавшееся маргинальным, требование о проведении нового референдума по выходу Лондона из Европейского Союза набирает обороты. На первый взгляд, оно опасно для здоровья британской демократии, это исход последнего шанса для уже глубоко разделенной страны.

Оставаясь без власти, чтобы убедить свою партию или парламент, Тереза Мэй, вероятно, не имеет никакого выбора, кроме как решить дилемму Брексита при помощи тех, кто заплатит за нее рейтинг , то есть, избирателей.

От себя позволю добавить, что в такой ситуации новые провокации, исходящие от Терезы Мэй, типа "дела Скрипалей" или применения "химического оружия" в Сирии, отнюдь не кажутся такими уж невероятными. Скорее всего, эта властная женщина постарается отвлечь  внимание  избирателей какими-то новыми гадостями.

Перевод с французского