The Economist раскрыл механизм американского кредитного пузыря

Более высокие процентные ставки принесли американским банкирам и разорение, и богатство. Менее года назад рост ставок привел к банкротству Silicon Valley Bank (SVB), а затем и First Republic, крупнейшего банка с 2008 года.

Тем не менее, 12 января JPMorgan Chase сообщил о рекордном чистом процентном доходе седьмой квартал подряд. Одна из причин, по которой кризис не распространился в 2023 году, заключается в том, что Федеральная резервная система сдержала его с помощью новой – и щедрой – программы кредитования. К сожалению, за это пришлось заплатить цену, которую ФРС должна была предвидеть. Благодаря очередному повороту в перспективах процентных ставок, его интервенция превратилась в машину свободных денег для любого банка, достаточно наглого, чтобы ее эксплуатировать.

Программа срочного банковского финансирования (BTFP) предлагает банкам кредиты под залог номинальной стоимости казначейских облигаций. Идея заключалась в том, чтобы помешать шатким банкам продавать казначейские облигации, чтобы собрать наличные, если вкладчики побегут. В SVB распродажа, вызванная массовым изъятием банков, привела к убыткам, поскольку более высокие ставки снизили цены долгосрочных облигаций намного ниже их номинальной стоимости.

Но BTFP предоставляет взаймы номинальную, а не рыночную стоимость ценных бумаг, под которые обеспечены его кредиты, и, конечно же, его щедрость позволила укрепить систему и остановить то, что могло перерасти в серьезный кризис.

Однако сегодня сама BTFP создает проблемы. Процентная ставка, которую банки должны платить за получение займа, с небольшой премией отражает годовую процентную ставку, установленную на финансовых рынках. Это, в свою очередь, основано на прогнозах средней процентной ставки ФРС на следующий год. Поскольку инвесторы делают ставку на то, что центральный банк значительно снизит ставки, стоимость заимствований сегодня составляет всего 4,8%. Тем не менее, поскольку этого снижения ставок еще не произошло, ФРС по-прежнему платит банкам 5,4% от их остатков денежных средств.

Другими словами, банки могут брать кредиты только для того, чтобы безрисково обеспечить спред в 0,6 процентных пункта за счет центрального банка. Если ожидаемое снижение ставок произойдет, банкам не придется страдать от отрицательной процентной маржи, поскольку они имеют право досрочно погасить кредиты - ценную возможность, которую ФРС, по сути, отдала даром. Личности заемщиков в конечном итоге будут обнародованы, поэтому единственным ограничением для них является риск для их репутации, но некоторые могут счесть такой бесстыдный оппортунизм добродетелью.

Естественно, использование BTFP резко возросло. С начала ноября непогашенные остатки выросли со 109 миллиардов долларов до 147 миллиардов долларов. Не факт, что это все арбитраж, но за тот же период облигации выросли в цене, уменьшая проблему, для решения которой был разработан BTFP. Это убедительно свидетельствует о том, что мотивом новых заимствований является оппортунизм, а не необходимость. А поскольку ФРС принадлежит налогоплательщикам, свободные деньги, которые собирают банки, поступают за счет налогоплательщиков.

Предоставляя кредиты по щедрым ставкам с обратной стрижкой и банкам, которые могут оказаться неплатежеспособными по рыночной стоимости, ФРС, возможно, нарушила все три условия Бэджхота.

Кризис 2023 года был ужасен, но и его решение было таким же ужасным.

Перевод с английского